coal_liza

Может ли крупнейшая в Европе экономика выжить без угля?

Одна из величайших моральных дилемм в повседневной жизни специалистов, работающих с углем, нефтью и в некоторых случаях даже с газом (несмотря на то, что он воспринимается как естественный мост в низкоуглеродное будущее), может быть сформулирована следующим образом: как перестать добывать ископаемое топливо, когда его запасы по-прежнему велики, а стоимость низка?

В этом контексте выделяется уголь – его менее выгодное положение в отношении загрязнения окружающей среды побудило правительства развитых стран запретить его использование в будущем. Тем не менее, когда его добыча не ограничивается на правительственном уровне, производители просто продолжают добывать как можно больше угля. В эпицентре так называемого «европейского подхода к углю» находится Германия, бывший оплот угольной промышленности. Может ли она в конечном итоге выжить без угля?

В отличие от нефти и газа, которые Германия традиционно импортировала в большом количестве, будучи на протяжение более чем 50 лет зависимой, главным образом, от российских углеводородов, ведущая экономика Европы обладает значительными запасами угля, особенно бурого. Фактически, Германия остается крупнейшим в мире производителем бурого угля и сжигает большую его часть для выработки электроэнергии, объем которой составляет около 22 процентов валовой выработки электроэнергии в стране.

По иронии судьбы, добыча бурого угля сопряжена с большими выбросами СО2, чем добыча каменного, поскольку бурый уголь добывается открытым способом, тем не менее, его будущее в среднесрочной перспективе выглядит намного лучше, чем будущее добычи каменного угля в Германии.

В то время как бурый уголь остается экономически конкурентоспособным, добыча каменного угля в Германии пошла вниз после того, как правительство прекратило ее субсидировать. Последняя каменноугольная шахта закрылась в декабре 2018 года, положив конец 200-летней истории Рурской области и потенциально начав новую фазу развития Вестфалии, географического феномена, неразрывно связанного с углем.

И все же, хотя Германия сама перестала добывать каменный уголь, она продолжает его использовать. Около 12 процентов выработки электроэнергии производится из каменного угля, импортируемого в основном из России, Канады и США. Сталелитейный сектор – в прошлом передовая индустрия Германии – потребляет почти 40 процентов каменного угля страны.

Если Германия хочет сохранить свою промышленную мощь, ей нужно продолжать импортировать каменный уголь, поскольку он остается неотъемлемым элементом производства стали. Это, в свою очередь, заставит ее полагаться на импорт из России (точнее, из Мурманска и Усть-Луги), создавая тем самым тройную зависимость от российских углеводородов. Если взять ежемесячную статистику за последние 3 года, то будет видно, что 53 процента всего импортируемого угля были из России, и эта зависимость заметно усилилась за последние 24 месяца благодаря близости крупных угольных портов на российской Балтике.

Нефть, газ и уголь – во всех трех случаях Германия закрывает более трети своих потребностей импортом из России. В случае газа объем еще значительно возрастет после запуска Северного потока - 2, намеченного на середину 2020 года, а также в связи с остановкой по указанию правительства Нидерландов добычи газа на месторождении Гронинген.

Импорт угля в Германию в 2017-2019 гг. / Импорт из России (в млн. тонн).

Было бы также интересно посмотреть, как правительство Германии решит вопрос о компенсации закрытия угледобывающих предприятий, особенно буроугольных разрезов. С каменным углем все проще: он экономически невыгоден, недостаточно используется (в 2019 году использовалось всего около 6 ГВт из 20 ГВт установленной мощности угольных электростанций) и непопулярен из-за отсутствия серьезного лобби. Что касается каменного угля, лимит в 8ГВт, установленный в качестве цели на 2030 год, кажется вполне реальным. В то же время, усилия правительства, направленные на закрытие к 2022 году первых разрезов, где добывают бурый уголь, все еще подлежат обсуждению с угледобывающими предприятиями, не говоря уже о заявленном намерении начать принудительное закрытие с 2027 года, которое в настоящее время представляется слишком сложной задачей, чтобы решить ее так быстро.

Интересно, что, в некоторой степени противореча общей версии, которой придерживаются сторонники более широкого использования возобновляемых источников энергии, снижение использования угля в Германии не полностью компенсируется сочетанием газа и ВИЭ. Давайте посмотрим на 2019 год немного ближе. Потребление бурого и каменного угля сократилось за год на целых 20 процентов, что объясняется обременительными (и обязательными) платежами за выбросы углерода и приоритетным доступом к энергосети для возобновляемых источников энергии, в то время как в 2019 году ВИЭ выросли лишь на 3 процента. В абсолютном выражении ситуация еще яснее – потребление угля сократилось на 20,5 млн тонн в угольном эквиваленте, тогда как ВИЭ выросли только на 3 млн тонн в угольном эквиваленте (природный газ увеличился почти на 4 млн тонн в угольном эквиваленте).

Последствия отказа Германии от угля действительно разнообразны. С одной стороны, Германия – одна из немногих стран-производителей угля, которая серьезно относится к своим обязательствам по выбросам CO2 и сумела сократить выбросы углекислого газа примерно на 7 процентов только в 2019 году. Она ведет за собой Евросоюз в общем стремлении сократить выбросы всего континента. Отказ Германией от угля к 2038 году представляется вполне достижимой целью, подкрепленной законопроектом, который, по-видимому, вскоре будет принят. Но замена бурого угля будет непростой задачей, поскольку он дешевый и расположен рядом с крупными городскими конгломератами. Сжигание импортного газа, подразумевающее дополнительные транспортные расходы, – не всегда лучший вариант.

С другой стороны, снижение использования угля происходит одновременно с беспрецедентным падением потребления первичной энергии в Германии (уровень 2019 года упал до уровня, невиданного с начала 1970-х годов), в результате чего может пострадать промышленное производство в стране.

Кроме того, общий взгляд на процесс отказа от угля предполагает, что федеральные земли Германии будут компенсировать прекращение добычи угля, создавая новые возможности для бизнеса и обеспечивая профессиональную переподготовку людей, отвечающую потребностям XXI века. Однако это происходит лишь фрагментарно: уровень безработицы в таких крупных угледобывающих центрах, как Гельзенкирхен или Дортмунд, по-прежнему примерно вдвое выше среднего показателя по Германии.

Оригинал статьи: https://oilprice.com/Energy/Coal/Can-Europes-Largest-Economy-Survive-Without-Coal.html

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic